Дейвид Льюис «После эпохи атеизма»


КТО Я?

«Я не посмотрю, что ты моя дочь, убью собственными руками, если еще раз сделаешь такое! — кричал отец Галии.— Вставай на колени и проси у Виктора прощения!»

Рыдая, Галия опустилась на колени перед мужем и умоляла простить ее. Он обнаружил, что она изменяет ему с другим мужчиной. Однажды Виктор явился домой сильно напившись и заснул, как ей показалось, мертвым сном. Воспользовавшись случаем, она позвонила любовнику и ускользнула из дому. К ее ужасу, муж проснулся рано утром и обнаружил отсутствие жены. Когда он увидел, в какой фривольной одежде она вернулась домой, ему все стало ясно.

В школе Галия была активной комсомолкой и не интересовалась мальчиками. Она даже собиралась вступать в партию. В университете она встретила и полюбила Виктора, который стал ее первым мужчиной. Они поженились, несмотря на то что ее родители-татары, в особенности отец, были очень недовольны получить в зятья русского. Постепенно они к нему привыкли, а ее измена, по иронии судьбы, даже сблизила отца и мужа.

Вначале все было хорошо. Галие очень нравилось жить в браке, а рождение сына наполнило ее сердце безраздельным счастьем. Виктор настаивал на русском имени для ребенка, и она согласилась, так как мальчик все-таки был наполовину русским. Но это была лишь вершина айсберга. Виктор не разрешал жене смотреть по телевизору или слушать по радио передачи на татарском языке, и ей приходилось делать это втайне от него. Он запрещал разговаривать по-татарски в его присутствии. Она не могла иметь дома ничего, что хоть отдаленно напоминало бы о татарской культуре. Галия очень любила татарский театр, но Виктор отказывал ей и в этом, несмотря на имеющийся в театре синхронный перевод через наушники.

Постепенно они очень отдалились друг от друга. У каждого была своя работа, свое окружение. Виктору приходилось часто уезжать в длительные командировки. Галия чувствовала себя одинокой и ненужной, ее личностная значимость была принижена ее собственным мужем, который не принимал ее такой, какая она есть, и тяготился ее татарской национальностью. Он был не в состоянии изменить ее имя, но отторгал все остальные аспекты ее принадлежности к татарской нации. В результате чувство одиночества и желание быть полностью принятой и любимой толкнули ее в объятия другого мужчины, на этот раз татарина.

В случаях, подобных этому, источником напряженности в отношениях между мужем и женой становится не только различие в их этнической принадлежности, но и другие отличающиеся друг от друга ценности и ожидания. В браке необходимо учитывать мнение супруга хотя бы по отношению к таким общим задачам, как планирование семьи и воспитание детей. Это касается и языка общения с детьми и прививания им национальных обычаев. На решение вопроса о планировании семьи влияют культурные традиции народа. Например, в Туркменистане считается очень важным иметь сына, поэтому, если в семье только девочки, жена будет рожать до тех пор, пока не родит мальчика. (Поэтому прирост населения среднеазиатских и кавказских народов происходит быстрее, чем в европейской части России, даже по сравнению с татарами и башкирами, так как, несмотря на сильное исламское влияние, прирост обусловлен все же не религиозными причинами.)1

В семье Галии и Виктора растет один ребенок. Второй умер в младенчестве, поэтому они неохотно говорят о третьем. Их сын видит существующую в семье напряженность, вызванную этническими различиями родителей. Когда Галия говорит по-татарски, он понимает ее, но сам никогда не пользуется татарским языком и общается только по-русски. Наполовину татарин, он растет с ощущением собственной неполноценности и многого стесняется.

Этническая принадлежность и самооценка

«Раньше я не стыдилась своей национальности, — говорит татарская женщина из Нижнекамска. — Как правоверная мусульманка, я соблюдала законы шариата, как меня воспитывали. Сегодня повсеместно возникает необходимость владения татарским языком, и я благодарю Бога за то, что Он не позволил мне забыть мой родной язык. Благодаря Ему я не обрусела, живя среди русских, то есть не утратила культуру, язык и традиции моего народа. Слава Богу!

Я часто слышу от других татар, что раньше они стеснялись говорить по-татарски и тяготились фактом принадлежности к нашей нации. Вследствие этого они начали забывать родной язык, так как с детства говорили только по-русски. Но это вполне объяснимо, так как если ребенок не владеет с детства русским языком, то у него нет никаких перспектив: он не сможет учиться в школе, ему не поступить в институт и так далее. Кроме того, изучая русский не с раннего детства, он будет говорить с сильным акцентом. Над ним будут смеяться, а психологически это очень тяжелый груз не только для ребенка, но даже для взрослого»2.

В этих словах Лили обозначена проблема выбора, стоящая перед сыном Галии и Виктора. Он растет с чувством стыда за национальность матери и свою наполовину татарскую кровь. Никто не может быть в ответе за своих родителей, но очень сложно жить с таким «клеймом» в глазах общества. Ощущение позора за свое татарское происхождение, так же, как и за рождение вне брака, обусловлено отношением общества к этому факту. Безусловно, это ложная стыдливость, ибо ребенок не отвечает за поступки или за национальную принадлежность своих родителей, но тем не менее стеснение и вытекающие из него последствия, сопровождая человека всю его жизнь, определяют его поведение.

Ощущение ненужности и неполноценности у многих компенсируется чувством гордости за положительные черты своей нации. Самооценка играет очень важную роль в определении тех качеств национального характера, которые развиты лучше, чем у русских.

Мои татарские друзья из Альметьевска и Казани независимо друг от друга говорили, что татары очень ценят чистоту, и поэтому татарские деревни намного чище и опрятнее русских. Они утверждают, что у них не увидишь мусора, разбросанного по всей деревне, их дома, окна и дворы всегда поддерживаются в чистоте. Одна татарка в Казани говорила, что раз в неделю она по собственному желанию подметает общий коридор в коммунальной квартире, где кроме нее живут еще шесть семей. Коридор является частью окружающего ее жизненного пространства, которое всегда должно быть чистым.

Если подобные черты характера могут считаться отличительными, то это скорее статистические, чем реальные различия, так как всегда существуют исключения. Та же самая женщина рассказывала, что она никогда не позволяет себе бросить мусор на улице, даже если вокруг нет ни одной урны. Она воспринимает это качество характера как татарскую национальную черту. Но всего за несколько дней до этого другая татарка гордилась тем, что может бросить на улице мусор, и делала это. Еще одна черта, возводимая татарами в ранг национальной, — работоспособность. В своем отношении к тяжелой работе и в проницательности татары сравнивают себя с евреями и шутят по этому поводу: «Еврей пугается, когда татарин рождается».

Уважение к родителям, особенно к матери, — это третье качество татарского характера. В большей мере оно проявляется среди людей, которым сейчас за пятьдесят, так как они родились во время или сразу после Второй мировой войны. Тогда практически каждая семья потеряла одного или даже нескольких мужчин, и женщинам пришлось в одиночку воспитывать по четверо-пятеро детей. Любовь и уважение к матери присущи всему народу в целом, что отражается даже в народных татарских песнях, добрая половина которых, по оценке моего собеседника, посвящена матери3.

Своих отцов татары традиционно боятся. Желая проявить уважение к отцу, ребенок прибегает к посредничеству матери. Социальный статус отца в семье очень высок, его уважают. В автобусах в Казани можно видеть, как пожилой мужчина сидит, а рядом, проявляя к нему уважение, стоит его жена. Такое отношение слабее выражено у молодежи, но в любой семье принято относиться к отцу уважительно и с почтением, даже если он пьян или груб. Возникает вопрос, не влияет ли такое отношение к отцу, состоящее из смеси уважения и страха, на восприятие татарами Бога как существа, которого следует бояться, но уважать.

Наиболее яркая особенность татарского характера — почитание родителей. Остальные черты мало отличаются от русских. В отличие от туркмен, которым обязательно надо иметь сына, татары не отдают предпочтения какому-либо полу детей, хотя и говорят, что если сперва родился мальчик, а затем девочка, то это дар от Бога4.

Мне неизвестны статистические данные относительно разводов у татар. Но из моих личных впечатлений следует, что их количество значительно меньше, чем у русских. В татарских деревнях к разводам, а особенно к разведенным женщинам, сохранилось крайне отрицательное отношение. По мнению одной татарки, различное у сельских и городских жителей отношение к разводам обусловлено тем, что в деревенском укладе жизни существуют обязанности, выполняемые только женщинами, и за пределами семьи для них работы нет. Краеугольный камень семьи — это муж, вокруг которого строится весь семейный уклад. Женщине в деревне невозможно найти работу вне своего дома. В городах совершенно иная ситуация: работы много, и разведенная женщина вполне может прожить не опираясь на бывшего мужа. Возможность для женщины относительно легко найти работу в городе связана еще и с тем, что городские жители иначе относятся к разводу и не клеймят позором разведенных татарских женщин.

Многие отмечают, что отношения между супругами в татарской семье теснее, чем в русской. Бывая во многих татарских домах, я обратил внимание на то, что родственники часто ходят друг к другу в гости. Действительно, татары географически намного ближе к своим родным местам и к родственникам, чем русские, приехавшие в Татарстан издалека. В гости приходят не только родственники, но и друзья. Это характерно и для многих русских семей, поскольку и русским, и татарам присуще чувство взаимопомощи: например, навестить и оказать посильную помощь старику, живущему на крохотную пенсию, или молодой женщине, в результате несчастного случая потерявшей мужа и воспитывающей детей в одиночку. Материальные трудности существуют и у татар, и у русских, но все же в отношении сотрудничества и взаимопомощи татарский народ выглядит более сплоченным. Безусловно, это мое личное мнение, и оно может не совпадать с данными статистики, которых все равно не существует, насколько мне это известно. Тем не менее, что касается отношения к неразрывности семейных уз, то, по свидетельствам многих моих собеседников, между татарами и русскими существует качественное различие: татарские семьи крепче.

В XXI веке оценка людьми своей принадлежности к определенной нации станет чрезвычайно существенной, поскольку признаки этнической принадлежности людей заключаются не в отмирающей показной символике, такой, как национальные костюмы или блюда, а в полных глубокого значения традициях их народов. Помимо этого, очень важно словесно определять этническую принадлежность молодого поколения татар, которое в большинстве своем утратило язык и веру предков. Тем не менее многие молодые люди соблюдают в своей жизни упомянутые выше народные традиции и воспринимают их как важное условие того, что называется «быть татарином». Более того, данные ценности характерны как для мусульман, так и для крещеных татар. Следовательно, в определении этнической принадлежности не существует неразрывной связи между понятиями «татарин» и «мусульманин». Этот принцип распространяется и на другие народы, независимо от их традиционной религиозной принадлежности к мусульманству, буддизму или язычеству.

Многие неохотно говорят о своей национальной принадлежности и культурных традициях своего народа и признаются лишь в случае явного их проявления. Такие ситуации можно часто наблюдать среди представителей финно-угорских народов, которые стараются не выражать публично своих чувств, опасаясь отношения к себе как к людям второго сорта5. Мне доводилось слышать от удмуртов, что, разговаривая на родном языке, они становятся объектом насмешек со стороны русских. Даже древнее самоназвание удмуртов «вотяки» русские используют в пренебрежительном смысле. Приезжая в столицу Удмуртии Ижевск, где русские составляют 69,4 процента населения, деревенские жители стесняются говорить на родном удмуртском языке6. Недавний психологический анализ ситуации показал, что 23 процента удмуртов чувствуют пренебрежительное отношение к своей нации со стороны других народов (у русских и татар этот показатель составляет всего 4 процента). Более того, 28 процентов (против 9 % русских и 1% татар) полагают, что сами удмурты отличаются очень низкой самооценкой и отсутствием уважения к самим себе7.

Огромный урон самооценке таких коренных народов Севера, как ханты, манси и другие, нанесла система школ-интернатов. Дети оленеводов и рыбаков отнимались у родителей в том возрасте, когда закладываются моральные основы и ценности. Проживая в течение долгого времени в интернате в отрыве от семьи, они утрачивали культурные традиции своего народа, забывали язык. Более того, им запрещали говорить на родном языке! Несмотря на то что родной язык был предметом изучения в школе, его не разрешалось употреблять в повседневной жизни, в обычных бытовых ситуациях. Неудивительно, что они чувствуют себя второсортными гражданами.

Традиционные культурные ценности дают человеку чувство собственного достоинства и самоуважение – для женщины это способность быть хорошей женой или матерью, для мужчины возможность содержать свою семью, занимаясь охотой и рыболовством. Но их традиционный образ жизни меняется, их общественная система становится частью более широкой экономической и политической структуры государства, а в результате рушится вся прежняя система ценностей. Безработица и бедность усиливают чувство неполноценности и стыда за свою национальность. И тогда многие начинают искать забвения в водке. К счастью, у народов ханты и манси еще сохранились некоторые культурные ценности: уважительное отношение к природе, удовлетворенность простой жизнью, почитание старших. Возможно, благодаря этому они сумеют возродить свое чувство национального достоинства и собственной значимости8.

Соблюдение этнических и религиозных границ

На ощущение «второсортности» народа влияет не столько осознание своей малочисленности, сколько негативное отношение со стороны других народов. Живущим с ощущением постоянной опасности и сознанием собственного бессилия приходится избирать стратегию ухода от конфликтных ситуаций и унижения. Именно такую форму поведения вырабатывают малые народности, не имея доступа к власти и возможности оказывать влияние на более многочисленные этнические группы.

Иногда, особенно в условиях преследований, целому народу приходится скрывать свою этническую принадлежность. Например, евреям в России и нацистской Германии приходилось спасаться бегством от погромов. Антисемитизм до сих пор в значительной степени распространен среди русского населения, что особенно проявляется в речах Владимира Жириновского. Когда к власти приходят подобные ультранационалистические партии, для евреев возникает реальная опасность подвергнуться репрессиям. Поэтому неудивительно, что они начинают выдавать себя за русских и по возможности скрывать свое еврейское происхождение.

Подобную оборонную стратегию используют некоторые религиозные общины. Если национальность определяется с рождения (хотя у детей от смешанных браков бывает возможность выбора), то выбор вероисповедания — личное дело каждого. Таким образом, способы выживания этнических и религиозных общностей примерно одинаковы.

Под влиянием обстоятельств некоторые религии и народы уходили в подполье.

Коммунистические власти официально признавали далеко не все нации и религиозные организации9. На северо-западе Сибири расположен Ямало-Ненецкий автономный округ, который включает в себя полуостров Ямал. Советская власть признавала язык ненцев-оленеводов, проживающих в тундровой части округа. Их количество составляет 34 655 человек. Южнее, в Ханты-Мансийском округе проживают приблизительно 5 000 так называемых лесных ненцев, язык которых отличается от языка их северных сородичей. Они промышляют оленеводством, охотой, рыболовством и собиранием лесных плодов. Советским государством не признавались ни права лесных ненцев как отдельного народа, ни их язык. Следовательно, не имея государственной поддержки, они были не в состоянии развивать или хотя бы сохранять свой родной язык. Насколько мне известно, «самиздат» был единственным способом, к которому смог прибегнуть поэт Юрий Велла для издания небольшой газеты новостей на языке лесных ненцев. При работе над ней Юрию даже пришлось ввести в алфавит две новые буквы для передачи звуков, характерных для языка лесных ненцев, но отсутствующих в языке тундровых ненцев.

Случалось, что некоторые этнические группы, вначале официально признанные, впоследствии включались в состав родственных народов. Так, например, в переписи от 1926 года упомянуто более 10 000 бесермян, проживавших на территории северной Удмуртии и в Слободском районе Кировской области, но в последующих переписях они уже считались удмуртами. Их язык представляет собой вариант удмуртского, но с явными тюркскими чертами. Существует мнение, что их предки проживали в южной Удмуртии и подверглись сильному тюркскому влиянию Булгарского царства, а также чувашей. Впоследствии они мигрировали в долину реки Чепца на севере Удмуртии10. Они приняли православие, но еще в XVIII веке сохраняли различные языческие верования и обряды поклонения предкам. Они также сохранили определенные исламские обычаи. Например, в некоторых случаях, особенно на похоронах, должен обязательно присутствовать мулла11. В последние годы предпринимаются попытки возродить бесермянскую культуру и искоренить чувство неполноценности, вызванное принадлежностью к этой народности.

Похожая проблема существует в некоторых религиозных общинах: они не признаются государством и вынуждены отстаивать свое право на существование. Зачастую они сталкиваются с преследованием, причем так было не только при советской власти, но и при царизме. Именно в результате репрессий староверы обрели этнические черты, выделяющие их из других общностей. Они заключают браки среди своих единоверцев и сохраняют множество особенных черт, которые можно уподобить символам (костюмы, орнамент) принадлежности к определенной этнической общности.

Староверы считают себя хранителями не искаженной православной веры, а официальное православие рассматривают как ересь. История повторилась в XX веке, когда от православия откололась группа верующих, которая объявила себя ревнителями истинной веры и заявила, что официальные лица Русской Православной церкви скомпрометировали себя сотрудничеством с властями. Эти диссиденты от православия сформировали «подпольное» движение, известное как «истинно-православная церковь», которая жестоко преследовалась как советскими властями, так и официальной Православной церковью12. Некоторые служители РИПЦ называют коммунистическую систему не иначе как «сатанизмом» или «большевистской дьявольщиной», а официальную пропаганду — «грандиозной ложью»13. В Екатеринбурге мне показали «художественное произведение» староверов XVII века, изображающее Петра I в виде антихриста14.

В попытках сохранить чистоту доктрины возникает опасность полностью изолироваться от общества. Исключительность и самоизоляцию провозглашают некоторые российские протестантские церкви. Незарегистрированные баптисты и пятидесятники при советской власти двигались в сторону полного отделения от государства. Они отказывались регистрироваться, так как опасались возможного ограничения своей деятельности и даже преследований со стороны властей. Формально такая позиция протестантов напоминает действия староверов или истинно-православной церкви, хотя в богословском плане они представляют абсолютно противоположные деноминации христианства.

Похоже, что в религиозности русских развивается определенный догматизм. Они больше обращаются к внешней символике, а внутренней духовности уделяют меньшее внимание. Зачастую русские воспринимают религию не как исповедание веры или как нравственную основу жизни, а рассматривают ее, скорее, в эстетическом аспекте, например через художественную ценность православных церквей. Для многих важнее сами иконы, чем запечатленная в них истина. Безусловно, среди них есть и те, кто обладает ясным духовным сознанием, признает истину и моральные ценности, имеет глубокую личную веру и желание говорить с Богом и слышать Его голос.

Тем не менее простым людям присущ эстетический взгляд на религию, опосредованное восприятие религиозных переживаний через искусство и музыку, стремление к соблюдению формы, нежели к содержанию внутренних отношений с Богом. В православных церквах, например, всегда можно встретить старух, которые бдительно следят, чтобы все женщины носили косынки, а мужчины снимали головные уборы. Похожее отношение присутствует в некоторых протестантских церквах: в Чувашии один баптист задал мне вопрос о моем золотом обручальном кольце, указав, что в их общине такие украшения считаются слишком суетными и неподходящими для христианина.

Наличие таких особенностей выполняет очень важную функцию в религиозном сообществе: оно проводит границу между «своими» и «чужими». Костюмы и орнаменты, песни и особая лексика — все служит для отличия конкретного сообщества (религиозного или этнического) от других. Внутреннюю субкультуру каждого сообщества формируют тонкие, едва различимые оттенки поведения его членов: например, почтение к старшим или предоставление ведущих ролей мужчинам. К сожалению, в любых попытках оспорить необходимость и современность этих особенностей духовные лидеры сообществ усматривают сопротивление установленному Богом порядку. Поэтому неудивительно, что у некоторых сообществ (староверов или баптистов) возникает стремление к расколу и изменению доктрины, которая на самом деле представляет собой лишь символику, характерную для субкультуры данного религиозного сообщества.

Очень важную социальную функцию играют небольшие общины в современных городах, где люди часто чувствуют себя одинокими и недоверяют друг другу. Недоверие приводит к изоляции, и тогда религиозные общины становятся прибежищем, где человек может доверять другим людям, способным оценить его искренность и добродетели. В своих религиозных организациях жители обезличенных крупных городов могут общаться подобно деревенским, лицом к лицу. Известно, что на протяжении всей своей истории человечество предпочитало жить малыми общинами: семьями, племенами, деревнями и т. д., поскольку для людей наиболее приемлема именно такая форма общественных взаимоотношений, а не разобщенность современных городов. Людям свойственно желание быть принятыми, нужными, и они удовлетворяют эту потребность в малых социальных группах и в религиозных общинах, где даже обращение друг к другу (выраженное в терминах ложного родства: братья и сестры) подчеркивает принадлежность к одной большой семье15.

Национальная или религиозная принадлежность в смешанных браках

Многим этническим и религиозным сообществам, а особенно тем, кто чувствует угрозу извне, свойственна эндогамия (заключение браков только в пределах определенной общественной группы). Староверы, баптисты и пятидесятники настоятельно рекомендуют своим членам вступать в брак с единоверцами. Основанием для этого правила служит необходимость для супружеской пары обладать совместимостью не только характеров, но и духовных качеств16. По неофициальным данным среди крымских татар 90% браков эндогамны, этот показатель намного выше, чем у других народов Средней Азии17. В результате не только укрепляются семейные узы, но и усиливается ощущение принадлежности к своей этнической группе. Зная историю массовой депортации татар из Крыма в Среднюю Азию, Казахстан, Сибирь и на Урал, становится понятным такой высокий уровень эндогамии. 17–18 мая 1944 года людей согнали и заперли под охраной в вагонах для перевозки скота. Многие погибли в пути от жажды и духоты. Обвиненные в предательстве и сотрудничестве с немецкой армией во время войны, 200 — 250 тысяч крымских татар были депортированы. В местах депортации они не встретили понимания и поддержки со стороны местного населения. Вряд ли крымские татары были пособниками тех, кто сражался против Советского Союза, скорее, они (и депортированные народы Северного Кавказа) стали жертвами страха Сталина перед потенциальной опасностью того, что они могут помогать оккупантам18.

Киргизы, казахи, азербайджанцы, узбеки, туркмены и таджики объясняют высокий уровень эндогамии у своих народов влиянием традиций, религии и родительским одобрением19. Но если они и заключают межнациональные браки, то только с представителями этнических групп, исповедующих мусульманство, так как они были менее разобщены до проведения советской властью политики «разделяй и властвуй»20.

Исключение составляют волжские татары (они отличаются от крымских, хотя оба народа говорят на тюркских языках), но оно обусловлено четырехвековой историей близких отношений между ними и русскими, что привело к возникновению множества смешанных браков. Этот факт отражен даже в русской пословице: «Поскреби русского и увидишь татарина». В течение многих веков в этом регионе происходило смешение европейских и азиатских народов, что в результате привело к появлению волжских татар с самой разнообразной внешностью: от светлокожих с голубыми глазами до людей с явно выраженными среднеазиатскими чертами. Внешне отличить татарина от русского очень сложно или даже невозможно. Они одинаково одеваются, обустраивают и меблируют жилище и имеют многие другие неразличимые признаки внешнего сходства. Поэтому основные отличия татар от русских — это их язык и религия.

Но иногда отсутствуют даже и эти признаки, так как городская молодежь владеет русским лучше, чем татарским и, в результате долгих лет атеизма, не считает себя верующей. Многие мои собеседники, в разговоре с которыми я поднимал эту тему, признавались, что единственный признак их принадлежности к татарской нации заключается в паспорте, где в графе «национальность» записано: «Татарин»21.

В самом Татарстане, в таких крупнейших его городах, как Казань, Зеленодольск, Бугульма, Чистополь и Елабуга, русские составляют подавляющее большинство населения22. Татары населяют в основном небольшие города и райцентры, где в 1960–1970-х годах женщины чаще мужчин отказывались заключать смешанные браки23. Однако в наше время среди знакомых мне межнациональных семей чаще встречаются такие, в которых русский мужчина женился на татарской женщине, а не наоборот. Такое впечатление у меня сложилось на основе результатов исследований, проведенных в Уфе, где татары составляют 27% населения и имеют наибольшее количество однородных браков. Среди них

60% мужчин и только 50% женщин предпочли иметь супруга татарской национальности24. Анализируя эти данные, необходимо иметь в виду, что Уфа — столица Башкирии, где башкиры составляют всего 11,3% населения города. Некоторые местные жители по причине тесных культурных и языковых связей между татарами и башкирами склонны не делать между ними никаких различий. Я не уверен, что такое мнение свойственно больше женщинам, но когда я обратился к группе женщин в Уфе с вопросом о том, какой они национальности — татарской или башкирской, то в ответ услышал: «Да это одно и то же, мы все перемешались». Они не стали уточнять свою этническую принадлежность.

В Казани, столице Татарстана, каждый третий брак — смешанный25. А остальные семьи, несмотря на свою фактическую принадлежность к русским или татарам, все равно имеют прадедов или других родственников иных национальностей, то есть обе эти этнические группы обладают общими предками.

Сегодня стало возможным выбирать национальность ребенка, рожденного в смешанном браке. Чаще всего выбирается отцовская национальность и фамилия26. Ранее, при социализме, а иногда и сейчас некоторые предпочитают быть русскими27. Случается, что дети обоих нерусских родителей выбирают себе русскую национальность, так как языком семейного общения для них с детства был русский. Тем не менее в настоящее время процесс обрусения пошел в обратную сторону, предпочтение отдается развитию малых народностей. У них появились экономические стимулы для сохранения своей этнической принадлежности: помимо льгот в охотничьем и рыболовном промысле они приобрели доступ к специальным фондам, созданным для народов Севера. Например, проживающая на северо-западе Сибири семья получила право на дополнительную ссуду для строительства нового дома лишь потому, что жена владеет языком ханты. Несмотря на то что ее муж — украинец, решающую роль сыграла именно ее национальность. Мне известны люди, которые ради подобных привилегий избирали для себя национальность коренного населения, несмотря на то что в их роду к этой нации принадлежал только один из дедов.

Поскольку официальной идеологией (или религией?) был атеизм, то можно считать, что коммунисты помогли межнациональным семьям в сокращении конфликтов на религиозной основе. В настоящее время в условиях полной свободы вероисповедания дети в смешанных семьях имеют возможность выбора религии по своим предпочтениям. Если один родитель — русский, исповедующий православие, а другой — татарин, правоверный мусульманин, то чью веру выберут их дети? Наличие подобной дилеммы ясно видно на примере молодой женщины по имени Дина.

В детстве она буквально разрывалась между двумя религиями. Бабушка-татарка научила ее исламским молитвам, а русская бабушка окрестила ее в православной церкви, причем обе действовали втайне друг от друга. Каждая из них предупреждала Дину, чтобы она ни в коем случае не говорила об этом другой бабушке.

Шли годы. В присутствии одной бабушки Дина была мусульманкой, а с другой — христианкой. В конце концов ее внутренний конфликт разрешился, когда она познакомилась с религией Бахаи, которая уважает как ислам, так и христианство. Исповедуя веру Бахаи, Дина смогла с одинаковым уважением относиться к Иисусу и Магомету, изучать Библию, Коран и писания Бахаи. Она избавилась от противоречия между этнической принадлежностью и вероисповеданием28.

Восстановление религиозной и национальной принадлежности

После распада Советского Союза дети из смешанных семей, где один из родителей — русский, все реже принимают его национальность. В Казахстане начинают раздаваться призывы заключать браки не с русскими, а с казахами. Похоже, что желание сохранить свою нацию и уменьшить количество интернациональных браков возникло у людей в постсоветское время и вызвано появлением чувства национального достоинства и осознанием себя жителями независимого государства. Такие процессы происходят повсеместно, но во вновь образованных странах они наиболее заметны. Необходимость возрождения наций вызвана в значительной мере советской политикой «разделяй и властвуй», во исполнение которой была искусственно сфабрикована национальная история, литературный язык и алфавит некоторых народов. Проживающие на Северном Кавказе адыгейцы, черкесы и кабардинцы ранее составляли одну этническую группу, известную под названием «черкесы», которая обладала своим коренным языком. Они были не только разделены на нынешние «нации», но также изолированы друг от друга очень несправедливым образом: черкесов объединили с карачаевцами, а кабардинцев — с балкарцами, несмотря на то, что карачаевцы и балкарцы говорят на языках тюркской группы. Таким же образом тюркские народы Северного Кавказа были разделены на кумыков, карачаевцев, балкарцев и ногайцев, которые в настоящее время считают себя отдельными нациями29. Похожая ситуация сложилась и в Средней Азии, где ранее тюркские народности обладали очень незначительными различиями, а сегодня они полагают, что формальные границы, установленные советской властью, действительно проходят между разными народами30.

Башкир, проживающих в Поволжье и на Урале, отделили от татар, а коми-пермяков — от коми. В коми языке существует десять различных диалектов, а в коми-пермяцком — четыре, но мне известно, что многие коми-пермяки считают себя по национальности коми31. Южносибирские буряты были разделены на три административных района, но в последнее время наметилась возможность к их объединению32.

Для выражения чувства национального самосознания каждому из этих народов требуются определенные отличительные признаки. Этническая принадлежность выражается посредством языка, с помощью сохранения и возрождения национальных костюмов и совершения религиозных обрядов. Существуют два особенно важных пути для выражения национальной принадлежности народа через религию: во-первых, отказ от навязанного коммунистами атеизма, а во-вторых, отделение своего этнического самосознания от русского.

В определенной мере это характерно для народов, ранее обращенных в православие: удмуртов, мордвы, чувашей, марийцев и коми.

Некоторые из них, в особенности марийцы, а также удмурты и чуваши, до сих пор сохранили остатки языческих религиозных обрядов. В каждом из этих народов существуют приверженцы национальной идеи, которые одним из условий этнического самоопределения считают возрождение язычества. Такие взгляды существуют повсеместно; например, у проживающих в Грузии абхазов, которые также соблюдают языческие ритуалы. Подобно абхазам, мечтающим о независимости от грузин, малые народы Российской Федерации желают отделиться от русских.

Один из пропагандирующих язычество удмуртов убеждал меня, что «окружающей среде оно ближе», чем христианство. Сторонники подобных взглядов отождествляют христианство с русскими, и в результате люди начинают воспринимать действия коммунистов и российского государства как совершенные христианами.

Возникшая после распада СССР религиозная свобода привела к возникновению у разных народов желания отыскать свои корни. Очень важная роль при этом предназначается религии, ибо она к тому же предоставляет возможность обретения иного смысла жизни, а также служит основанием нравственности и межличностных отношений. Исследование путей, приводящих различные народы к поиску своих национальных корней в религии, я представлю в следующей главе.

<< Глава 4   |   Содержание   |   Глава 6 >>